@gudez-z-z

Тег негебердур в блоге gudez-z-z

gudez-z-z

Не совсем про Гебердура. Размещу рассказ с последней грелки, которую я так и не порвал.

Сферический Дед Мороз в вакууме.

В лаборатории царил таинственный полумрак. Дежурное освещение было выключено, и лишь настольная лампа, с зеленым абажуром, давала немного уютного, жёлтого света. Пётр Аркадьевич – плотный мужчина среднего роста, с круглым, немного лукавым лицом, поднял свою известную кружку с чаем и сделал большой глоток. Несмотря на впечатляющие размеры, кружка была знаменита по иной причине – Пётр Аркадьевич не мыл её в течение пяти лет. Злые языки поговаривали, что из-за лени, но сам Пётр Аркадьевич приводил совсем другие аргументы. Он утверждал, что если кружку не мыть, то со временем на стенках образуется слой танина, который придает божественный вкус и аромат, даже чаю в пакетиках. До сих пор эту теорию не могли подтвердить или опровергнуть, поскольку свою кружку Пётр Аркадьевич никому не давал, а терпения выращивать танины годами на стенках хватало лишь у него.
(продолжение в комментах)

#okvte 9
Вы можете выбрать до 10 файлов общим размером не более 10 МБ.
gudez-z-z

По задумке 33
Старый, больной гном, закряхтел, с трудом выпрямляясь и тут же, охнув, схватился за поясницу. Его сморщенное лицо исказилось от боли. Пошарив вокруг себя, дрожащей сухой рукой, он нащупал узловатую трость и со стоном оперся на неё, крепко ухватившись за отполированный годами набалдашник. Волшебный факел с трудом освещал серый камень старой пещеры. Сталактиты и сталагмиты темными пятнами выступали вдоль стен.
— Большая чашка кофе – вот, что может меня взбодрить, — проскрипел старый гном. Он кинул пару щепок под жаровню с песком, затем чиркнул огнивом и тут же зажмурился от ярких искр. Скоро под жаровней трепетало небольшое пламя. Пока песок прогревался, гном дошел до серванта и достал ручную мельницу. Высыпал в неё из холщового мешочка горсть коричневых, ароматных зерен и принялся их молоть. Мельница поскрипывала, перемалывая зерна базальтовыми жерновами. Вращая рукоять, гном хриплым голосом затянул песню:

О темный мрак Мензоберранзана
В пещере под горой
Живет огромный черный змей
С тяжелою судьбой
Кто черной силой овладел
И торговал душой
Найдет в объятиях его
Последний свой покой
Под сводом каменных хором
Найдешь ты верный след
Коль повернешь тотчас назад
Идя во тьме на свет
Но мы же любим камня стук
И звоны молотков
Поэтому живем внизу
Где света нет оков

Потянув носом, гном понял, что песок скоро нагреется до нужной температуры. Он достал бронзовую турку, налил в неё холодной воды. Засыпал туда молотый кофе и сахар, после чего поставил турку на разогретый песок. Кряхтя, гном уселся на небольшую табуретку рядом с жаровней.
— Проклятая спина, — произнес он вслух, — помниться, когда мы добывали алмазы, я мог тащить целый мешок отработанной поры и даже не вспотеть. Помнится, махали мы киркой целый день, не забывая укреплять своды. Порода была настолько твердая, что кирка высекала искры. Зато какие там были алмазы. Отломишь слой алмазной жилы, и вот они переливаются, в свете факелов.
Гоном тяжело вздохнул.
— Тогда мы тоже пили кофе, — он с тоской посмотрел на свой сервант, — вечером вернешься с забоя, а Марта уже несет кружку. Помнится, она добавляла кожицу лимона, немного гвоздики, кусочек корицы и треть кружки бренди. Самое то, чтобы расслабится после трудового дня.
Гном пригляделся к турке. Кофе закипал. Мелкие пузырьки воздуха поднимались к поверхности турки, образуя пену. Он осторожно поднял турку, подождал, когда пена слегка разойдется и снова поставил турку на песок. В воздухе разносился непередаваемый аромат, теребящий воспоминания.
— Помнится в своем первом походе, — гном снова пустился в воспоминания, — пивал я кофе с имбирём. Был у нас в отряде один любитель. Где он брал имбирь, я не знаю, но каждое утро, доставал его из кармана, тщательно мыл, чистил, натирал на маленькой терке, потом клал в равной пропорции с кофе, заливал водой и кипятил на медленном огне. Бодрило. Но я предпочитал добавить ещё виски на два пальца, — гном хрипло рассмеялся и тяжело закашлялся, чуть не опрокинув турку.
Кофе закипел второй раз. Гном снова приподнял турку. Дым от жаровни медленно витал под сводами потолка, причудливо изгибаясь в розоватом свете волшебного факела. Ноздри гнома шевелились, от предвкушения. Но ещё было рано. Лишь в третий раз дождавшись кипения, он осторожно перелил кофе из турки в большую, черную кружку.
Аромат, божественный аромат, легкая горечь и бодрость. Гном бросил, в черный как смоль кофе, несколько крупиц соли и размешал серебряной ложечкой. Предвкушая, он сделал большой глоток. Волна необыкновенного вкуса прокатилось по его горлу, вызвав спазм. Гном выгнулся дугой, захрипел и принялся биться в припадке. Его руки в бессилье стучали о каменный пол, ноги дергались в судорогах. Наконец он замер.
— О, Ллос! За что мне эти муки? – он осторожно распрямился, расправив широкие плечи. Его острые уши нервно подрагивали, а красные глаза на абсолютно черном лице дроу светились болью, — почему я не могу проснуться как все нормальные эльфы?
Ллос не ответила ему, лишь откуда-то издалека, раздавался мерзкий паучий смех.

#ozvhb 6
Вы можете выбрать до 10 файлов общим размером не более 10 МБ.

Добавить пост

Вы можете выбрать до 10 файлов общим размером не более 10 МБ.
Для форматирования текста используется Markdown.