— Ребята, но нельзя же все переводить на деньги. Есть же ценности другого рода.

— Например? – спросил Хаото.

— Например, любовь.

— О! – обрадовался меганезиец, — Я люблю Таири. Для меня это – ценность. А Таири…

— Тоже, — лаконично подтвердила его подруга.

— Это классно! – продолжал он, — Это не выражается в деньгах, и обществу это по фигу. Но когда мы с Таири взяли участок, построили fare, и занялись бизнесом, обществу это стало интересно, потому что появились товары и услуги, а значит — деньги. Когда Таири кого–то родила, обществу тоже интересно, потому что этот кто–то имеет гуманитарный ресурс. Опять деньги, только будущие. Но наша с Таири любовь, как не выражалась в деньгах, так и не выражается, и обществу до нее нет никакого дела. А, если какой–то моралист лезет в то, как, где и почему мы занимаемся сексом, и пытается навязать нам свои правила, то обществу это снова становится не безразлично, потому что Хартия. И нанятый обществом коп берет этого гребаного моралиста за хобот, и тащит его в суд, а там ему лепят штраф в несколько тысяч фунтов в нашу пользу.

— А если у моралиста не хватит денег? – поинтересовалась канадка.

— Тогда на каторгу до выплаты суммы, или за решетку.

#ttzhfs

add comment recommend bookmark subscribe